November 30th, 2016

Моя Индия – лоскутное одеяло, прошитое строчками рельс. [часть 3 и финальная]

Поезд приехал позже на 3 часа. Нашла, благо, пустую полку в sleeper. Билетов не спрашивали, так что я не доплачивала, ехала по general. Поспала мало, чувак-сикх спустился и сел. Но и то хлеб. Насморк жестит. В районе Luchnow на полку пришли. Ушла по вагонам. Благо, нашла полупустой. Селфи с детьми, бесконечные селфи с детьми.... Моя Индия учит меня тишине. Милые дети общались. Была прекрасная девочка лет 14-15, видно, что очень умная и адекватная, искренне благодарила, что мне нравится их страна. Они же на моё промелькнувшее “да я просто не ела сегодня толком” – притащили еды. Много еды.Пару раз ходил проверяльщик билетов. Меня не спрашивал. Поезд задерживается уже на 3,5 часа, мы в примерно 15 минутах. Стоим. Я реву (незаметно). Задолбалась. Очень. Быть (казаться? нет разницы) сильной. Впрочем, даже я прекрасно знаю, что при любой попытке окружения считать меня слабее – у меня делается очень недоумевающее лицо. Так что это скорее просто лёгкое нытьё от усталости общей. Пожалуйста, пусть меня ночью, если мы приедем, пустят в ашрам на неделю. Я буду молчать, реветь и рисовать. Опоздал поезд почти на 5 часов. И всё-таки в ашрам пустили. Другое дело, что местные полчаса ходили искали администратора. Пайлота нет (ура, если честно). Зато есть куча русских (совсем не ура, если честно).

Единственная польза от них – утром была ягья. Неплохо, кстати. Всерьёз всё так. Правда эго смеялось на тему “все такие круууутые типа, с посвящениями, а мантр нифига базовых не знают, а я знаааааю!”. Так что был повод попеть asatoma и мритьюнджаю. Посреди процесса прилетела бабочка и села мне у ног. Ну ок. По крайней мере, я боялась, что после обезьян и собаки по размеру придёт минимум корова. Так что бабочка – это проще. Сидела она до самого кона не шевелясь. После подошёл чувак (такой смешной мальчик весь-из-себя-йог, который каждый обед и ужин ныл, что везде лук и чеснок, а это не саттвично) и “спасибо, что украсила ягью, ну и бабочка...”. Блин, ну. Мило. Меня таскают с собой и юзают в качестве переводчика. Как они едут сюда не зная английского вообще? Как? Зато за это кормят вкусняшками. Вечером с одним русским ребёнком скатались на базар. Ребёнок морщился на шум, хотя тут удивительно тихо и пусто для Индии. Невозможно тихо и пусто – я слышу себя и не уворачиваюсь от людей-рикш-коров каждые 10 секунд. Купила пледик – ночами и вечерами тут реально прохладно.

На следующий день голоса не было вообще. Как и желания что-то делать. Вечером эти странные люди хотят сделать концерт самодеятельности. Мда. Скучающие русские женщины – это страшно. Они начинают творить вот какую-то такую фигню. Ещё порисовала. Мальчик (из русских, но нормальный, реально практящий) дал аюрведическую настойку, типа поднимает иммунитет и вот это всё. Меня пропёрло. Ушла на крышу. Потанцевала. Хорошо так, сурово. В голове, к слову, 2ые сутки – стослоговая звучит. Вот под неё. Вечером словили на “концерт”. Отмазываться было лень – пошла. Читали стихи и пели. Круче всех был “Janaka” (он же Jesus) – американец с еврейскими (найду везде) корнями и божественным голосом, пел еврейское народное, очень проникновенно, такой “тонкий” парень. Очень свой. И был ещё один русский с буддийскими мантрами, фонил. И голос сильный. И у них тут есть эпичное выражение “те, кто [не] верит в Индию”. Лучше бы они верили для начала в себя.... Я что-то шёпотом читать пыталась. Выглядело, судя по всему, пафосно, мне потом говорили что-то в стиле “так проникновенно”. Смешно.

После завтрака хотела сразу в город, но куча всего пошло не так, а я пошла на Гангу. Поджапила, постояла в воде. Встретила милого старика-садху (с прозвищем “рудракша-баба” за увешанность бронёй из последней; на деле – один и з самых сильных практиков в ашраме), он рассказывал мне, какой я ангел и прелесть, обещал штуку для полечиться принести. Так трогательно. Позже снова встретила садху, он дал что-то типа звёздочки и сказал не стоять в холодной воде. Решила идти в город после обеда. Haridwar всё-таки слишком тихий и пустой для Индии. Все купаются. Дошла до статуи Шивы. Откровенно нечего делать тут. Решила идти до подъёмника к Mansa Devi Temple. Вместо чаек здесь – то ли орлы, то ли ястреба, омг. Очередь на подъёмник – около 2 часов. Ок, отстояла. Поднялась. Темпл никакой, всё бегом и все хотят денег. А вот гора и виды – да. Особенно на закате с туманом. Залипала, фоткала, пока спускалась. Пока шла из города, нашла формулировку для этих моих “детей”. Когда пнул, взял на себя ответственность, а они делают из меня священную корову и боятся приближаться: “ни послать, ни трахнуться”. То бишь, никакого профита.

На утро голоса по-прежнему нет. Я молчу на всех и не реагирую. Дорисовала демона. Несколько раз пришлось пересаживаться, ибо они (люди, в смысле, индийцы-туристы) встают и смотрят. Самое милое, что если начать, не моргая, пялиться в ответ – им это, почему-то, не нравится. Действительно, почему? Офигели настолько, что пытались сфоткать, когда обедала, ещё и негативно удивились, что я запретила. Однако. Нет, я понимаю, что у них в менталитете понятие личного пространства не прописано. Но не настолько же. Ы такие моменты я начинаю думать о том, чтобы реально стать садху с единственной целью – узнать быстрый способ прописывать им какую-нибудь пакость в карму, чтоб неповадно было.

Голос возвращается. Ганга течёт. Если сидеть и долго ждать у вод труп врага – можно научиться посреди потока видеть своё отражение. Подумалось. В сущности, мне нет никакой необходимости принимать саньясу. Она сама меня уже того. И люди вокруг – тоже. То есть, я живу почти так. Меня считают. И меня тянет. Нужна ли формальность? Солнечный садху, давший звёздочку, заботится как дедушка. Очень трогательно. От него я не могу не улыбаться. Читала у реки, сдвигало. Потом позади пришёл и сел Janaka. Узнала издалека, по предвестию запаха, что ли. Боги, какой же он родной и как же ему больно. Хочется просто обнять. Голос возвращается, а меня подкрывает. На закате сходила на крышу, потанцевала. А после ужина меня перемкнуло. Совсем. Сидела у дерева поздно, тихо, ревела. В угол в темноту забившись. Но нет ведь, и тут нашли и припёрлись с фотками. Я натурально сбежала. И всё, привет вскрывашки. Всё это закончилось явлением ребёнка, с которым проговорили-проходили несколько часов. А в ашрам в результате лезли через забор, ибо полночь, ворота заперты и нет никого.

На следующий день голос вернулся окончательно. Меня попустило от “всехненавижу”. Вечером ребята утащили к Janaka играть в шахматы. Я не играла, конечно. Сидела за ним и наблюдала. Боги, ну какое же оно родное. Только сильнее в разы. Но who cares. А ещё в его пространстве адски спокойно. Хотелось свернуться вокруг и уснуть. В очередной раз убедилась, что быть эпизодическим персонажем-наблюдателем – самое сладкое. Потом был последний день здесь, когда всё было на бегу, кроме 4часового разговора на Ганге с Janaka. Было адски весело, с заканчиванием фраз и перебиванием друг друга в стиле “да-да-да, именно это я и хочу сказать!”. Интересно, когда-нибудь моих духовных близнецов перестанет раскидывать рандомно по всему миру? Можно хоть одного в радиусе хотя бы 100км, а? А на поезд провожать меня мы с ним почти бежали, билет (мимо очереди) помог купить полицейский-ситх.

Я, честно говоря, без понятия, сколько раз меняла место в поезде. Поезд опоздал всего на 40 минут, что, в сущности, ок, можно было и дольше. Взяла рикшу до автобусной, наконец-то поездила сзади в “багажнике”. 1,5 часа до 5 жду автобус до Dharamshala. Помог разобраться, как ни странно, полицай-ситх. Не говорящий по-английски. Сикхи вообще котики.

Индия, к слову, учит тому, что время – это то же пространство, не более. Очень убедительно учит. Тут не течёшь, тут перемещаешься, проходишь. Оно ощущается ногами. Очень своеобразно.

Приехала в McLeod Ganj. Тут инако от Индии. И тибетцы.... боги, ну какие же они красивые! Они как деревья. Не могут быть некрасивы/негармоничны.

Сходила в Dharmakot. Забавная еврейская (внезапно) деревенька. Там мня подцепил парень, отвёл к Big Mama, меня покормили домашним, потом он пошёл показывать его гест, там милые ребята с гитарой, хотела уйти засветло, не пустил, дал 100 на рикшу, лолшто. Всё равно ушла после заката. Пошла в городе гулять по магазинам. В одном меня лечили чашами, прекраснейший парень, хорошо поговорили. В другом милый мальчик поил чаем. Все такие открытые здесь. И не впаривают. И да. Главное. Днём была в темпле-резиденции Далай-Ламы. Как же там.... ДА. Совершенно нереальное по внутренней наполненности пространство. Читала 100слоговую. Вслух. Круг. Думала, съеду. И музей.... Я ревела. Почти как в Освенциме. Нельзя так. Просто – нельзя. Очень больно.... И очень личное.

С утра пошла медитировать в Tushita. Очень годное место, хорошая медиташка, всплакнула внутри по випассане. Потом почти наугад пошла сквозь горы в Naddi. Шла и не могла пережить количество красоты. Это слишком. Физически слишком. Озеро Dal ну не особо. А горы – да. И самособранная ступа. И монах с закрытым лицом медитировавший где-то на склоне. Под конец меня даже подвезли. Поела. Пошла искать трек. Встречала людей, собирающих сухое дерево. Детей. Заблудилась слегка. Лезла по отвесу через кусты. Думала, там и останусь. Встретила ещё людей с деревом, семья; отец сказал идти потихоньку, а они догонят позже и проводят. В результате, догнали (такие сильные люди, я шла в своём нормальном темпе, с ними пришлось прибавить, хотя я быстро хожу, а они ещё и с кучей дерева на спине....), отвели к себе, напоили чаем с печеньками. Гималайцы – единственные, кто в Индии на моё “да, я одна путешествую” реагировали неистовым одобрением. Горцы, блин. Отшельники. Котики. Оттуда ушла до Dal и уехала на рикше.

В городе всё ещё ад с наличкой, которой просто нет. Провернула хитрую схему “я плачу за вас картой, а вы мне даёте наличку”. Купила кухри. Меня спросили, что я буду с ним делать. Сказала, что буду счастливой. Кажется, никто не удивился ответу.

Утром ушла в Bhagsu на водопад. По дороге меня дедушка напоил чаем с печеньками и чуть не сломал рёбра. В Bhagsu круто. Водопад маленький, но очень уютный. Вода – чистейшая, а камни – серебряные. Серьёзно. Набрала кучу на подарки. А гора время от времени звучала дамару. Сама. Потом пошла бродить по горам. Серебряные горы. Утро. Невыносимо. Даже там нашла пёсика. Брони, ласковый до невменяемости, полчаса сидели и обнимались. Самый уютный в мире дредастый пёс. Ушла обратно. Пошла кору вокруг резиденции Далай-Ламы. Там есть место с кучей флагов, цветущими вишнями, горами и орлами, где всё понятно про буддизм [особенно – про тибетский]. Про мантры, которые читает ветер. Про крышу мира. Про свет. Потом мы ходили за руку с 82летним монахом. В гору. Он читал. И он, блин, быстрее меня ходит. И вообще-то какой-то бесконечный. Тёплый дедушка. Тибетцы правда похожи на деревья. Даже слишком. И я хочу домашнего тибетца. Договорилась с неработающей почтой, что оставлю денег и они сами отправят открытку домой. Сижу в чайной. Нашла внутри собственного рюкзака огромного живого кузнечика. Привет.

Так и не смогла найти наличку, пошла в гест собираться. Работающий там Ashu спросил, как я, пожаловалась на бабло. Дал 1000. о_О Дали счёт какого-то его друга, чтобы вернуть. Уникальное доверие. Учитывая, что за гест я им 800 заплатила за всё время. Уехала в аэропорт через Delhi. В Delhi приехала в 5 утра. На вокзале все отправляют друг к другу. Почти 2 часа поисков – и я всё-таки нашла турист-офис и купила нужный билет. А меня туда хотели за деньги вести, мда. И вот я тут сижу на платформе и вслух пою “hara hara mahadeva shambo, kashi vishwanathe gange...” [те, кто меня хорошо знают, должны понимать, что я и петь – вещи несовместимые, особенно в одиночку, на людях и вслух]. Индия, признаюсь, ты меня сделала. Но всё -таки – не в сухую ;)

В аэропорту Mumbai жду самолёт и обвожу маршрут-карту, пишу: 26 days, 11 places, 1(?) circle. Это честно. Я не знаю, как тут считать круги иначе. Слишком всего. Как обзывали в Dharamshala – Didi-Baba. Жизнь моя – простые повторяющиеся слоги, Сестра-Отец, всегда где-то между. Кружись!

часть 1
часть 2
ВСЕ ФОТО